На главную 
 О журнале 
 Об издательстве 
 Сотрудничество и реклама 
English Version
 Сентябрь 29 
КАШТАНКИ – ЛАЮТ НА СЛОНА?
Дмитрий ГЕРАСИМОВ

Столяр, по Далю, – «ремесленник по столярной работе, по чистой отделке деревянных вещей, по внутренней отделке комнат и деревянной утвари», а плотник – «аргун, дереводел, рабочий для лесных поделок и строений. Главное орудие плотника топор, затем – долото, грубый наструг, наверток, иногда пила; нитка, отвес и драч». Там же мы читаем, что «Где клей, там столярная, а уж не плотничная работа».
 

  Каждый из нас читал или видел в мультфильме, как подвыпивший столяр объяснял Каштанке, что она «супротив человека – как плотник супротив столяра». То есть считалось, что столяр, обязанностью которого было и изготовление мебели, стоит на профессиональной лестнице выше, чем плотник, поскольку всегда выполняет более точные и ответственные работы, используя, говоря сегодняшним языком, более высокие технологии. Но оба из них, и столяр, и плотник, занимаясь обработкой древесины, относились к славному племени дереводелов, деревообделочников, а позднее – деревообработчиков.
  С тех пор прошло полтора века. Бюрократы, чтобы оперировать более впечатляющими цифрами, придумали понятие «лесной комплекс», относя к нему все процессы, где хоть как-то присутствовала или упоминалась древесина. К нему были причислены: заготовка леса, лесовосстановление, производство лесохимической продукции, целлюлозы, бумаги, картона, пиломатериалов, древесных плит, столярно-строительных изделий, деревянное домостроение и т.д. Мебельное производство затаилось где-то в самой глубине этого «комплекса» и о нем вспоминали только тогда, когда очереди в мебельные магазины достигали Кремля, и становилось необходимым выкраивать из бюджета валюту на закупку мебели за рубежом. Это объяснялось еще и тем, что в советский период весь народ должен был концентрироваться на задачах социалистического строительства, и качественное обустройство интерьеров его жилья постоянно откладывалось на будущее.
  Конечно же, мебельное производство в стране не могло не развиваться. И нельзя сказать, что оно находилось в упадке и в полном загоне. В стране существовала развитая сеть крупных и средних предприятий, по основным своим показателям и технологическому оснащению не отстававших от мирового уровня.
  Но начиная с конца 60-х годов мебельная промышленность практически полностью перешла на производство мебели, основой которой явилась древесно-стружечная плита. При этом технология производства мебели стала коренным образом отличаться от той, которая применялась деревообработчиками – столярами и плотниками, и эти отличия выражались не только в использовании клея.
  Столяр, раньше применявший при изготовлении мебели рубанок и лучковую пилу, просто не смог бы с помощью своего исторически сложившегося набора инструментов изготовить из плиты ни одного изделия вообще. Поэтому ни на одном мебельном предприятии страны, выпускающем мебель на основе плит, уже десятилетиями нет столяров (в привычном понимании), способных самостоятельно изготовить изделие из массивной древесины. Появилось новое понятие «мебельщик».
  Из мебельного производства полностью исчезли не только рыбий, казеиновый и столярный (альбуминовый) клеи, но и вся натуральная древесина вообще! Мебельная промышленность уже давно окончательно выделилась в самостоятельную отрасль и ее причисление к «деревообработке» стало анахронизмом хотя бы из-за того, что по наименованию нового исходного материала ее нужно было бы назвать, скорее, «плитообработкой».
  Российское правительство, имеющее много других, более насущных проблем, пока не готово выделить мебельную промышленность из состава «лесного» комплекса. Так, его представитель во время одного из «круглых столов», проходивших на мебельной выставке, на прямо заданный ему вопрос ответил, что отечественная мебельная промышленность выпускает еще слишком мало продукции в общем ее объеме и пока не доросла до такого выделения. Чтобы это случилось, сказал он, нужно, чтобы объем производства мебели увеличился хотя бы в пять раз.
  Наибольшую активность в отмежевании от деревообработчиков сегодня проявляют европейские мебельщики в лице своей федерации UEA, членом которой является и наша «Ассоциация предприятий мебельной и деревообрабатывающей промышленности России (АПМДПР)». Но если в Европе это связано в первую очередь с имиджем отрасли в общественном сознании, то у нас преимуществом такого выделения должны стать в первую очередь пересмотры строк в статистической отчетности, кодов внешнеэкономической деятельности и т.п., приносящие надежды на возможные положительные изменения в оценке состояния дел в отрасли и уровнях таможенных платежей на мебель, материалы, фурнитуру, комплектующие и т.п.
  И если правительство, наконец, заметит, что в стране есть такой вид производства, как мебельная промышленность, то появится и робкая надежда на хоть какую-то действенную помощь с его стороны.
  Но сегодня наоборот, занимаясь сокращением своего бюрократического аппарата и перетасовыванием патронов в обойме, правительство вообще ликвидировало все структуры, хоть как-то отслеживавшие деятельность «лесного комплекса».
  Одновременно, уподобляясь тому попу, выплеснувшему ребенка вместе с водой из крестильной купели, оно уничтожило и должности двух последних специалистов, хоть как-то отслеживавших состояние мебельной промышленности и имевших возможность оказывать ей хоть какое-то содействие, собирая и анализируя статистику, организуя выставки, встречи, обсуждения и профессионально информируя само правительство о действительном состоянии дел. Теперь не будет и этого малого.
  Грядет и приватизация последнего в отрасли института Гипродревпром, отвечавшего за проектирование предприятий мебельной промышленности. Чем это закончится – показывает пример ВПКТИМ и «Трансвааль-парка».
  Уже совсем скоро, в октябре, состоится второе всероссийское совещание участников мебельного рынка, организуемое АПМДПР. Для всех мебельщиков есть прямой смысл через свои региональные объединения, гильдии и ассоциации принять в нем участие, чтобы заявить о себе как об отдельной отрасли, уже давно развивающейся самостоятельно, которой от правительства требуется только понимание ее проблем.
  Это нужно не для того, чтобы подобно Каштанке показывать ему свои зубы или словно Моська, облаивать этого слона, который на глазах становится все меньше и меньше, а для того, чтобы в будущем чаяния мебельщиков учитывались всегда, и при планировании бюджетов и подготовке проектов законов оказывалось содействие администрациям регионов, строящим лесовозные дороги, лесозаготовителям, которым должно стать выгодным продавать материалы здесь, а не за границей, станкостроителям, быть может, мечтающим когда-нибудь изготовить путное оборудование, торговле, от которой зависит оборот мебельных предприятий, таможенникам, препятствующим ввозу отравленных химией дешевых изделий конкурентов, и т.д.
  Находясь в самом конце всей технологической цепочки не только деревообрабатывающих, но и многих других производств, занятых во всем технологическом цикле, мебельщики напрямую работают с конечным, розничным покупателем продукции, и от их успеха во многом зависит благополучие экономики страны вообще. Мебельщики сами приносят огромный доход в казну государства и создают рабочие места в сопряженных с ними отраслях. Они не хотят чувствовать себя людьми, окруженными Каштанками, и смотрящими на них свысока, но имеют право, чтобы их продукция не терялась среди огромной номенклатуры «лесного комплекса» и была узнаваема всеми.

Вернуться к содержанию
АРХИВ НОМЕРОВ
1999
1
2000
23456
2001
789101112
2002
131415161718
2003
192021222324
2004
25262728[29]30
2005
313233343536
2006
373839404142
2007
43
По рубрикам
Выставки
Дизайн
Интервью
Компания
Комплектующие
Компьютерные технологии
Корпусная мебель
Кухни
Материалы
Мебельные системы
Мебельные университеты
Оборудование и материалы
Полезные мелочи
Представляем марку
Репортаж
Событие
Сотрудничество
Техника и технология
Торговля
Точка зрения
Фурнитура
От редакции
Группа компаний "РУССКИЙ ЛАМИНАТ"
Создание сайта: Artspace.Ru