На главную 
 О журнале 
 Об издательстве 
 Сотрудничество и реклама 
 Наши партнеры 
English Version
 Июль 34 
КАК ВЫЖИТЬ, ЕСЛИ ТЫ НЕ ГИГАНТ ИНДУСТРИИ

У мебельщиков - море проблем. Одна из главных - падение сбыта. О существе других, зачастую не менее важных, мы спросили Президента группы компаний «Глобал Эдж» Михаила Валерьевича Лифшица.
 

М.О.: Ваша компания работает на рынке деревообрабатывающего оборудования уже больше десяти лет. Как изменился покупатель деревообрабатывающего оборудования по сравнению с началом 90-х годов?
М.Л.: Пройдя этап «накопления опыта» в производстве, предприятия перешли к следующему – совершенствованию технологий. На практике это означает, что заказчик стал ставить задачи перед поставщиком иначе, чем раньше: теперь ему нужен не какой-то конкретный станок, а требуется наладить выпуск определенной продукции, заданного качества и объема. Сегодня наш заказчик хочет знать, какое именно оборудование и почему необходимо для налаживания эффективного и экономичного производства. Показателен и тот факт, что предприятия стали уделять больше внимания развитию сервиса – последующему сопровождению продавцом полученного ими оборудования в течение всего времени эксплуатации.
 
М.О.: Как вы считаете, могут ли наши мебельщики и деревообработчики конкурировать с зарубежными производителями?
М.Л.: Вопрос сложный, уходящий корнями в «советский период» отрасли, когда предприятия были ориентированы в основном на массовое производство. Появление на российском рынке продукции зарубежных фирм заставило пересмотреть взгляды на мебель не только отечественного потребителя, но и производителя. Первый стал более взыскателен к комфорту, дизайну, материалам. Второй, чтобы выжить, должен был не просто повернуться лицом к потребителю, но и учесть, что качество отечественной продукции должно быть не хуже, а стоимость – непременно ниже зарубежных аналогов. Сегодня можно констатировать тот факт, что мы стараемся конкурировать, например, с итальянцами как в сегменте массовой продукции, так и в сегменте дорогой эксклюзивной мебели. Отечественные производители не только перенимают опыт итальянцев, но и привлекают для совместной работы ведущих итальянских дизайнеров мебели.
  Более сложная ситуация – с китайскими производителями. Здесь, к сожалению, сравнение не в нашу пользу. На глобальном уровне различия заключаются в целенаправленной государственной поддержке производства и экспансии своих товаров на внешний рынок для Китая и в отсутствии таковых – для наших производителей. Не в нашу пользу и сопоставление затрат на себестоимость продукции: дешевые сырье, оборудование, рабочая сила (средний уровень зарплаты рабочего мебельной фабрики в Китае не превышает 50 долларов). Получается, что легче ввезти ширпотреб с целью перепродажи, чем продавать качественную отечественную продукцию.
 
М.О.: Как бы Вы сформулировали другие проблемы отрасли?
М.Л.: Сегодняшние проблемы я бы сформулировал кратко: сырье и кадры. Первая из них связана с грядущей монополизацией производства некоторых видов сырья. В качестве показательного примера: на европейском рынке производство древесных плит и напольных ламинированных покрытий практически монополизировано. Открытие в России двух новых крупных заводов с западным капиталом – потенциальная угроза, которая не может не вызывать серьезных опасений у отечественных предприятий. Запас финансовой прочности западных производителей МДФ достаточно высок, чтобы вывести из игры всех наших производителей и заставить рынок жить по «своим» законам.
  Проблему «кадров» в нашей стране можно возвести в ранг «общенациональной». Система подготовки кадров пребывает в сильнейшем упадке. Наша отрасль не является исключением: для любой мебельной компании острота кадровой проблемы прямо пропорциональна ее отдаленности от Москвы: чем дальше, тем ситуация все более критическая.
 
М.О: Какова основная причина такого положения дел и что, на ваш взгляд, можно сделать?
М.Л.: К сожалению, на сегодняшний день в образовательной цепочке практически выпало такое важное звено, как «среднее профессионально-техническое образование». Если у нас и есть сегодня образование, то оно – либо среднее, либо высшее. Третьего не дано. А это значит, что к станку нужно ставить либо инженера, либо неуча. Но не всякий опытный инженер на это согласится, а подпускать неуча к станку просто опасно.
  Если нет системы подготовки кадров, значит, нужно готовить их самостоятельно. Но позволить себе это могут очень немногие. Мы ведем диалог с Университетом леса, с нашими местными властями, готовим методические пособия, помогаем выпускать учебники. Безусловно, это даст свои результаты, но не очень скоро, а деньги надо зарабатывать сегодня.
 
М.О: Три года назад наш журнал прогнозировал снижение интереса к ламинату. Высказывалось предположение, что у нас снова начнется развитие производства мебели из натурального шпона и массива, требующего использования специального оборудования. Подтверждается ли наш прогноз?
М.Л.: У ламинированного и у натурального продукта есть свой потребитель. Одному предлагается изделие подешевле, другому – подороже. Мебель из ламинированной плиты – непрестижна, но всегда будет пользоваться спросом, хотя бы из соображений практичности. Например, срок эксплуатации детской ограничен возрастом ребенка и со временем от нее все равно придется избавляться. Конечно, должно развиваться и производство мебели из массива, но здесь опять возникают хорошо знакомые нам проблемы – цена и кадры. Все процессы производства изделий из ламинированной плиты обходятся гораздо дешевле и более автоматизированы. Использование же массива, даже при самом высокотехнологичном производстве, предполагает ряд ручных операций, а сам процесс требует гораздо более высокой квалификации персонала. Это, в конечном итоге, ощутимо влияет на себестоимость конечной продукции. Проблема заключается и в приобретении высококачественного шпона твердых пород древесины. Но, безусловно, на рынке все скоро придет к логичному разрешению: ламинат займет положенное ему место, а шпон и массив снова завоюют утраченные ими позиции. Анализ, проведенный отделом маркетинга компании Global Edge, показывает стабильный рост объемов продаж оборудования для производства мебели в 2004 году и в первом полугодии 2005-го. Вряд ли производители покупают оборудование, не анализируя спрос на мебель из массива или шпонированную продукцию, которую собираются производить.
 
М.О.: Сумеют ли наши деревообрабатывающие предприятия устоять против своих конкурентов после вхождения страны в ВТО?
М.Л.: Есть мнение, что вхождение России в ВТО создаст новые проблемы. Речь идет о финансовой устойчивости предприятий, которым уже сейчас приходится преодолевать всевозможные препоны на пути развития производства. Со вступлением в ВТО проблемы станут еще более реальными и умножатся, а это значит, что последствия такого шага могут оказаться для отечественных производителей роковыми. Хотя для поставщиков оборудования ситуация таковой не является, поскольку сырье в стране все равно будет перерабатываться.
 
М.О.: В стране имеется достаточно фирм, поставляющих импортное деревообрабатывающее оборудование. Остается ли на рынке место для других, вновь организуемых?
М.Л.: Станки должны быть доступны на местах, чтобы в любом регионе у покупателя была возможность прийти, увидеть и купить. И здесь у региональных торговцев есть серьезные перспективы. Анализ данных по импорту оборудования в Россию, который мы проводим ежемесячно, показывает, что примерно 52% рынка оборудования для деревообработки и производства мебели делят между собой известные станкоторговые фирмы: Weinig, Biesse, SCМ, Homag, Global Edge (причем, на долю каждой приходится от 1% до 8%), остальная часть – 48% – неподконтрольна никому. Это так называемый дикий рынок, где появляются и исчезают фирмы-однодневки, торгующие непонятно откуда взявшимся оборудованием.
  Допустим, в регион поставляется оборудование на сумму 5–10 тысяч у.е., командировочные затраты на его обслуживание могут составить до 1 тысячи у.е. Поскольку бесплатно этого делать никто не собирается, то реальная стоимость станка повысится на 10–20%. Мы крупная компания, но и для нас стоимость сопровождения поставленного оборудования при средней стоимости сделки 100 тысяч у.е. является значительной. Этот практический пример показывает, что у региональных фирм, поставляющих и обслуживающих оборудование, существует огромное поле деятельности, т.е. место для них есть.
 
М.О.: Мы всегда гордились успехами отечественного машиностроения. Спрос на деревообрабатывающее оборудование в стране огромен. Отечественные станкостроители не смогли или не захотели занять часть этого рынка? И почему?
М.Л.: Здесь есть очень хороший пример: если человек создал подводную лодку, то это не значит, что он спроектирует хорошую сковородку. Машиностроение в нашей стране имело определенную направленность. И сказать, что у нас вообще было деревообрабатывающее станкостроение, я не берусь. Крупных, в нашем понимании, предприятий-производителей деревообрабатывающего оборудования в мире вообще не существует. Современный машиностроительный завод – это нечто компактное, где всего до 400 работников и до 30 тысяч м2 площади, автоматизированные, а то и роботизированные линии сборки. Такое предприятие обладает хорошо развитой субподрядной инфраструктурой, откуда берутся узлы, компьютеры, еще что-то и т.д. Его задача сводится к тому, чтобы разработать станок, а потом его просто собрать и покрасить. Какие-то основные узлы, конечно же, приходится делать самостоятельно – шпиндели, например. У нас же машиностроительные заводы представляли гигантские инфраструктуры с численностью работающих от 3 до 10 тысяч, занятых преимущественно ручным трудом. Такие «монстры» обеспечивали создание тысяч и тысяч станков, но при этом не имели развитой системы кооперации и субподрядов, налаженной системы логистики. Сегодня ничто не мешает использовать импортные подряды, брать двигатели «Daiton», пневматику «Сamozzi» и т.д. – по списку. У завода LEADERMAC (четырехсторонние станки LMC) минимум семьдесят подрядных предприятий. Но можно ли в нынешних условиях сделать станок с участием хотя бы 30 зарубежных поставщиков комплектующих, настроить нормальные логистические потоки при валютном контроле каждого купленного пневмоцилиндра? И все это в сочетании с темой НДС? Такое положение вещей складывается с молчаливого согласия нашего правительства. Перекрыта возможность развития всем, кто меньше «гигантов индустрии». Причем, внутренний субподряд и инфраструктура, созданные в предыдущие времена, больше не функционируют. Поэтому предприятия, вместо того, чтобы заниматься новыми разработками, преодолевают бесконечные трудности. Очень хочется, чтобы государство просто не мешало, а получается наоборот: выстроенные им же препоны все более укрепляются. Сейчас в машиностроении появляются новые предприятия и оживают некоторые старые, предпринимающие попытки занять свое место на рынке. Но это происходит не благодаря, а вопреки ...

Вернуться к содержанию
АРХИВ НОМЕРОВ
1999
1
2000
23456
2001
789101112
2002
131415161718
2003
192021222324
2004
252627282930
2005
313233[34]3536
2006
373839404142
2007
434445464748
2008
495051525354
2009
555657585960
2010
616263646566
2011
676869707172
2012
737475
По рубрикам
Выставки
Дизайн
Интервью
Компания
Комплектующие
Компьютерные технологии
Корпусная мебель
Кухни
Материалы
Мебельные системы
Мебельные университеты
Оборудование и материалы
Полезные мелочи
Представляем марку
Репортаж
Событие
Сотрудничество
Техника и технология
Торговля
Точка зрения
Фурнитура
От редакции