На главную 
 О журнале 
 Об издательстве 
 Сотрудничество и реклама 
 Наши партнеры 
English Version
 Ноябрь 36 
ТЫ СКАЖИ, ТЫ СКАЖИ, ЧЕ ТЕ НАДО, ЧЕ НАДО...?

Союз дизайнеров и мебельщиков складывается не всегда идеально. О проблемах и задачах, существующих в цепочке проект – производство – продажа – потребитель, мы попросили рассказать директора Института дизайна и технологического инжиниринга Александра Семеновича Гуревича.
 

М.О.: Александр Семенович, многие слишком большую роль отводят сегодня дизайну и подчас считают, что только от дизайна зависит успех мебели. Так ли это?
А.С.: Бытует устоявшееся мнение, что оригинальная дизайнерская разработка продвинет продукцию на рынок, решит все проблемы спроса и сбыта. Это не совсем так: дизайн не панацея, хотя и одна из ее составляющих. Безусловно, дизайнер должен быть в курсе новинок в области технологий, новых материалов, знать конъюнктуру рынка, чувствовать перспективу развития стилевых направлений мебели, но по характеру своей деятельности и по месту в цепочке производство–дизайнер–торговля–потребитель дизайнер является исполнителем, а заказчиком выступает производство. Дизайнер работает в рамках поставленной задачи, а определяют эту задачу маркетологи предприятия – они знают рынок, своего покупателя, свое производствоѕ дизайнер, в особенности не работающий на этом производстве, руководствуется какими-то своими соображениями и законами – мода, направления, стилевые предпочтения... А это не всегда совпадает с конкретными потребностями населения. Возьмем, к примеру, спальню. ...
 
М.О.: Ну, здесь как раз понятно. Мы все в этих спальнях какое-то определенное время суток проводим и знаем, что нам надо: шкаф, кровать, тумбочка...
Весь этот набор известен.
А.С.: А вот и нет. Изучение отечественного рынка показало, что, несмотря на значительное количество моделей спален, как импортных, так и отечественных, они очень однотипны. Во-первых, потому что в них набор предметов обеспечивает только одну определенную функцию: сон. Но многие в спальне читают, работают за компьютером вяжут или даже занимаются фитнесом. Значит, нужны какие-то дополнительные емкости в мебельных наборах, предусмотренные, например, для гантелей или напольных весов. Допустим вы вяжете или вышиваете, соответственно нитки, всякий там мелкий инструмент нужно куда-то спрятать. А где вы храните свои документы? Им не место на полке под бельем, в коробке из-под конфет или, в лучшем случае, в шкатулочке. Наличие в квартире сейфов обязательно – это никакое не пижонство. И сейфы вполне могут быть встроены непосредственно в мебельные изделия.
  Конечно, мебель можно использовать как угодно, но мы – дизайнеры – должны давать оптимальный вариант. Когда я делал в свое время мебель для Ульяновска, у меня все было продумано до мелочей, вплоть до держателя шиньонов и париков, чтобы дамы не хранили их на трехлитровых банках. Рост потребительской культуры ставит задачу совершенствования функциональных и эстетических свойств мебели, качества ее исполнения.
 
М.О.: Кто должен генерировать идеи по совершенствованию комплектации мебельных гарнитуров и наборов – дизайнер, директор фабрики или маркетолог?
А.С.: Я расскажу вам случай из своей практики – ко мне обратились руководители одной региональной фабрики с просьбой разработать для них интересную мебель из плитных материалов. Мы съездили в Кёльн, посмотрели, что нового в Европе, изготовили серию наборов мебели. На выставке в Москве эти изделия были отмечены дипломом. Но в том регионе эта мебель не пошла. Не продается, и все. Оказалось, что там совсем другие предпочтения, свои национальные особенности, что к светлой мебели люди не привыкли – им подавай темную или из красного дерева. Мебельщикам в регионах стоит в первую очередь обращать внимание на свои корни и не заказывать мебель такую, как в Кёльне, а заказывать такую, которая отвечает их потребностям, их менталитету.
  В реальности очень часто руководители производств, заказывая дизайнеру разработку какого-то вида мебели, набора, или изделия, даже не представляют себе, как это должно выглядеть. Они отдают все на откуп дизайнеру. Хороший дизайнер конечно же предложит, но исходя из своих соображений – он только что вернулся, например, из Милана, где его воображение что-то сильно потрясло, он полон фантазий, азартаѕ Поэтому директору обязательно нужно правильно поставить перед дизайнером задачу, и только тогда с него можно требовать верного ее решения. Задача дизайнера, точно следуя пунктам задания, выполнить его с учетом современных требований к этому виду мебели.
  Техническое задание на разработку очередного проекта мебели в нынешнем его виде содержит лишь конкретные требования к составу набора, материалам и фурнитуре. На самом деле техническое задание является важным и основным документом, определяющим сущность предполагаемого изделия, и его успех зависит от точности задания.
  Совершенно очевидно, что идеи должны идти от маркетологов, потому что главное в связке дизайн–производство это маркетинговое исследование. Соответственно техническое задание должно быть основано на маркетинговых исследованиях. Именно маркетолог знает, что лучше идет – светлая или темная мебель; отдельно стоящие предметы или стенки; с большим количеством открытых или закрытых емкостей. К сожалению, маркетинговые службы на производстве если и владеют положением на рынке своего региона, то не в состоянии выдать проектировщику грамотного технического задания на разработку того или иного набора или изделия. Он должен сказать, что требуется – емкость для большого количества посуды или секретер. Вместо этого дизайнер слышит: «Вот вы нам сделайте набор». – А какой набор? «Ну такой, чтобы в нем была изюминка». И никто из них не задумывается, а как эта «изюминка» будет продаваться?
 
М.О.: Получается, что дизайнер должен думать и отвечать также и за реализацию мебели?
А.С.: Думать – да. А вот умение торговать – это, в принципе, не его задача, хотя у всех, кто в этой связке, она одна – продаваемость продукта. И у дизайнеров, и у производственников, и у торговли. Но тем не менее подход к этой задаче разный. Здесь последнее слово за торговлей. Для того, чтобы изделие продавалось, пользовалось спросом, конечно нужны хорошие условия для продаж. Не надо брать магазины типа «Гранд», «ИКЕА», это большие современные предприятия, где применяется совершенно новый принцип торговли. Возьмем мебельные магазины на периферии или даже на московских окраинах – это просто склады, ни к чему не подойдешь, одно изделие закрывает другое. Также здесь отсутствует обратная связь: потребитель–торговля–производитель. Огромное заблуждение считать, что у нас единый покупатель, и что для профессора и для грузчика мебель должна быть одинаковая. И не потому, что один плох, другой хорош, – просто у них вид деятельности несравнимый, жизненный уклад разный. Они живут в различном социуме. Значит предприятию необходимо задуматься о своем потребителе, решить, для кого вообще оно работает. Ведь когда выпускается просто кровать, шкаф, тумбочка или трельяж – это все стандартно, абстрактно и абсолютно далеко от конкретного потребителя. Мебель не имеет адресата. Совершенно не учитывается ни его возраст, ни то, чем он занимается, ни какие-то его стилевые предпочтения. Все проектные разработки рассчитаны на некоего усредненного потребителя.
 
М.О.: Но у потребителя тоже вкусы могут быть разными ...
А.С.: Это конечно так. Для тех, кого не устраивает готовая продукция, существует мебель на заказ. Поэтому сейчас наша мебельная промышленность начинает все больше и больше работать по заказам населения. Заказать можно любой предмет, гарнитур в соответствии с пожеланиями клиента, который имеет право на любые фантазии. Но без дизайнера воплотить их в жизнь никто из производителей мебели не возьмется.
 
М.О.: Перефразируя «А судьи кто?» спросим «А кто дизайнеры?»
А.С.: Вот здесь-то мы сталкиваемся с основной проблемой. Вы наверное часто видите объявления на столбах, в интернете, еще где-то: подготовка дизайнера за одну, две неделиѕ Сейчас только ленивый руководитель какого-нибудь учебного заведения не открывает у себя в вузе кафедру дизайна. При этом специалистов, которые бы готовили дизайнеров по мебели, нет. Чем хороша была Строгановка или Мухинка – там кроме того, что учили искусству, выпускали не только настоящих художников, но еще и технологов. Окончившие Стогановку получали также диплом столяра 6-го разряда. Это очень высокий разряд. Их выпускники могли выполнить мебель хотите с инкрустацией, хотите с резьбой. Но Строгановка выпускает всего 7–10 дизайнеров по мебели в год. Столько же Мухинка. Из них в мебельную промышленность попадают только 2–3 человека. Остальные идут в промграфику, в интерьер. А вот закончившие где-то сомнительные двухмесячные, а порой даже двухнедельные курсы и при этом считающие себя дизайнерами – все при деле. Все находят себе работу. Они не знают ни оборудования, ни технологии, ни материалов. А нельзя проектировать изделие, не зная материала – он многое может подсказать. Подчас наши корифеи, наши маститые дизайнеры остаются не у дел. А вот те все востребованы. И знаете почему? Они находят друг друга: низкий уровень производства, низкий уровень его руководителя совпадают с таким же низким уровнем этого, с позволения сказать, дизайнера. Вот, например, в одном регионе я встретил «дизайнера» – девушку, окончившую текстильный техникум. Она рисует мебель – по ее мнению, это же не самолет в конце концов. Но ведь под этим нет ни знаний технологии изготовления мебели, ни знания материалов. Но она тем не менее рисует. А те, кто учится две недели или два месяцаѕ не знают вообще ничего! Чаще всего они и занимаются изготовлением мебели по индивидуальным заказам. Как правило, идут на поводу у потребителя, забывая, а вернее не зная всех требований эргономики, функциональных размеров. И вот это «чего изволите», когда руководитель производства ничего не знает и дизайнер ничего не знает, приводит к тому, что на стуле неудобно сидеть, а на кровати неудобно спать, а из шкафа неудобно достать. Потому что существуют определенные законы конструирования мебели.
 
М.О.: Но ведь есть и другие дизайнеры, настоящие профессионалы, работающие по 8–10 лет на производствах, производящих действительно классную офисную, кухонную и другую мебель?
А.С.: Конечно есть. Но чтобы не рекламировать эти предприятия я не буду их называть. Там руководитель доверяет дизайнеру. И это приносит хорошие результаты. Но есть и другие предприятия. Там хороший дизайнер, как правило, попадает в зависимость от директора, который руководствуется не знаниями, а категориями нравится–не нравится: «я хочу, чтобы это было так». Такое явление я называю – «плененный дизайнер». Он вынужден работать в рамках возможностей данного производства. К тому же ему говорят – вот это продается – ты это и делай, а свои фантазии оставь при себе. Если вы посмотрите: в основном, в руководстве всех предприятий стоят сейчас не мебельщики, но хорошие коммерсанты. Поэтому зачастую, когда приглашенный профессиональный дизайнер приходит на производство, где руководитель не мебельщик, а выходец из оборонки или просто технарь, они не понимают друг друга. Они говорят на разных языках. От профессионального дизайнера никогда не услышишь слов «шпонировать мебель», «кромковать». Или перфорированный ДСП. Почему мужской род, когда речь идет о плите? Мы теряем язык. Появляется непрофессиональный слэнг, на котором говорят руководители многих мебельных производств.
  Хорошо, если руководитель-немебельщик берет к себе в заместители высококлассного специалиста, и хорошо, когда директор имеет отличных дизайнеров, технологов, и хорошо, если он им доверяет. Но такое случается далеко не всегда и не везде, особенно в регионах. Правда, сейчас ситуация в мебельном бизнесе начала меняться. Там, где есть экспериментальные участки, где предприятие думает на перспективу, на будущее, где уже начали инвестировать в производство, там и отдача дизайнера высокая. Только комплексная работа маркетолога и дизайнера принесет положительный результат и исключит ситуацию, когда прекрасная с точки зрения дизайна разработка не находит сбыта. Еще раз повторюсь: чем выше уровень руководства предприятия, чем лучше на предприятии работает служба маркетинга, чем точнее формулируются задачи дизайнеру, тем лучше результат у такого производства и реальнее успех выпускаемой ими мебели.

Вернуться к содержанию
АРХИВ НОМЕРОВ
1999
1
2000
23456
2001
789101112
2002
131415161718
2003
192021222324
2004
252627282930
2005
3132333435[36]
2006
373839404142
2007
434445464748
2008
495051525354
2009
555657585960
2010
616263646566
2011
676869707172
2012
737475
По рубрикам
Выставки
Дизайн
Интервью
Компания
Комплектующие
Компьютерные технологии
Корпусная мебель
Кухни
Материалы
Мебельные системы
Мебельные университеты
Оборудование и материалы
Полезные мелочи
Представляем марку
Репортаж
Событие
Сотрудничество
Техника и технология
Торговля
Точка зрения
Фурнитура
От редакции