На главную 
 О журнале 
 Об издательстве 
 Сотрудничество и реклама 
English Version
 Июль 46 
МЕРТВЫЕ НЕ ИЩУТ ЛЕКАРСТВА
Дмитрий ГЕРАСИМОВ

Когда в тридцатые годы прошлого века большевики провозгласили программу индустриализации страны, то начали не только с Магнитки, но и со станкостроения. Одним из ее широко разрекламированных брендов стал токарный станок «ДиП» – «догоним и перегоним». И хотя успехи наблюдались, сделать ни того, ни другого нам не удалось.
 

  Ведь этот станок, работающий от группового трансмиссионного привода, изначально устарел. В то время, например уже в Германии, крупные деревообрабатывающие предприятия заменили такой привод станков на индивидуальный от встроенных электромоторов (первые автоматические линии появились в Европе только в конце 60-х.).
  Никому не известным в конце 50-х триумфом нашего деревообрабатывающего станкостроения стало создание предприятиями тогдашнего Мосгорсовнархоза комплекта оборудования для Московского мебельно-сборочного комбината №1 в поселке Сходня. Ничего подобного во всем мире еще не было. Впрочем, оборудование это, что называется, «не пошло». Понятно, что не хватало опыта для его создания, и линии нуждались в доработке. Но совнархозы распустили, машиностроительные предприятия занялись другими проблемами, а чертежи и имена разработчиков канули в лету. Линии были списаны и впоследствии заменены импортными.
  Второй шанс для развития отечественного деревообрабатывающего станкостроения появился в 1969 году, когда ЦК КПСС и Совет министров СССР приняли постановление о создании отечественного комплекта оборудования для производства корпусной мебели. Его изготовили к выставке «Лесдревмаш 73», прошедшей в Сокольниках, и, конечно же, оно оказалось «сырым» и требовало серьезной доработки. Приемка этого оборудования уже не в виде комплекта, а по отдельности длилась несколько лет и закончилась только в 1975 году.

  Справедливости ради нужно сказать, что во многом виноват был сам заказчик – Минлеспром, не всегда правильно разрабатывавший технические задания с учетом перспективных тенденций в области технологии. Так, задание на разработку многопильного (одиннадцатипильного!) станка для раскроя плит мод. ЦТМФ не учитывало широкого распространения в перспективе облицованных (ламинированных) полнофрматных древесностружечных плит, а машина лаконаливная для кромок мод. МЛК1 и линия полирования кромок мод. МПК1 просто оказались ненужными, поскольку отрасль вскоре перешла на использование кромочного пластика, не требовавшего отделки. Весьма спорной оказалась и необходимость разработки линии полирования пластей щитовых деталей мебели, отделанных парафиносодержащими полиэфирными лаками мод. МПП1, поскольку отрасль также вскоре стала использовать матовые тонкослойные покрытия.
  Но в том, что оборудование не отвечало требованиям потребителя, была огромная вина станкостроителей: линия фанерования (облицовывания) кромок содержала органические конструктивные пороки и ее не приняли к серийному производству; линия шлифования пластей щитовых деталей мод. МШП1 никогда не обеспечивала качества шлифования, станок горизонтально-вертикальный сверлильно-присадочный мод. СГВП1 не давал точности при сверлении и т.д.

  Как недавно сообщала пресс-служба Счетной палаты РФ, в подготовленной аналитической записке правительству отмечается, что в силу низкой степени развития производств по глубокой переработке древесины деятельность лесопромышленного комплекса не отвечает экономическим интересам государства. Объем поступлений налогов и сборов в бюджетную систему Российской Федерации составляет всего 13,3 млрд руб.
  При этом проверкой, проведенной в мае этого года той же Счетной палатой РФ, установлено, что ежегодный потенциал подлежащих вырубке и возобновляемых лесных ресурсов в случае его полного освоения может обеспечить поступление платежей в консолидированный бюджет в объеме 29,7 млрд руб., в том числе в федеральный бюджет – 18,7 млрд руб.
  Причинами малоэффективной деятельности лесопромышленного комплекса являются технологическая и экономическая разобщенность предприятий этой отрасли, крайняя изношенность основных производственных фондов, недостаточные инвестиции, а также отсутствие национальной политики в области использования, охраны, защиты и воспроизводства лесного фонда. Федеральная целевая программа «Развитие мощностей по глубокой переработке древесины и освоению лесных массивов на период до 2015 г.», решение о разработке которой было принято еще в 2005 г., до настоящего времени так и не утверждена.

  И не нужно быть провидцем, чтобы понять значение ее принятия: для решения задачи углубления степени переработки древесины потребуется огромный объем закупки лесопильного и деревообрабатывающего оборудования. Можно даже допустить, что Россия, как «великая лесная держава», не только обладающая самыми большими лесными ресурсами, но и единственная в мире страна, в которой запасы леса пока не уменьшаются, а увеличиваются, скоро выйдет на первое место среди его покупателей.
  А что же наше машиностроение? Его нынешнее положение заметно всем. Но лучше всех об этом знает Николай Паничев, бывший министр станкостроительной промышленности СССР, нынешний Председатель совета директоров ассоциации «Станкоинструмент» – его преемницы. В опубликованной в Интернете относительно недавно написанной статье «Почему умирают заводы» он пишет: «За пятнадцать лет (с начала 90-х – ред.) мы с третьего места в мире по выпуску металлообрабатывающего оборудования опустились на 23-е (из 34 государств). Производство металлорежущих станков упало до 5,4 тысяч против 74,2 тысяч единиц и продолжает снижаться... Россия изготовляет станков в 60 раз меньше Японии и Германии, потребляет на душу населения в 15 раз меньше, чем развитые страны (а была на второй позиции по этому показателю)». При этом господин Паничев, много сделавший для того, чтобы у нас в стране не было деревообрабатывающего станкостроения, и несколько лет назад даже не ставший отвечать на вопрос журналиста, почему так произошло, в своей статье вовсе не упоминает оборудование для нашей отрасли, за производство которого когда-то полностью отвечало вверенное ему министерство.

  В подготовленной в мае прошлого года записке, адресованной Председателю Комитета Совета Федерации РФ по промышленной политике В.Г. Завадникову, заместитель Председателя того же комитета Р.В. Шиянов признает, что несмотря на устаревание имеющегося парка оборудования, недостаток кадров и т.д., многие машиностроительые заводы сохранили свои технологии и еще в состоянии выпускать достойное оборудование.
  Просто становится смешно от того, что в 30-е годы мы могли производить простейшие фуговальные, рейсмусовые и фрезерные станки, а теперь их качество таково, что все потребители норовят купить это оборудование где-нибудь в Турции или в Китае!
  На промышленном форуме «Российский промышленник», проходившем в Санкт-Петербурге в 2004 году, провели анкетирование среди представителей двух десятков станкостроительных заводов. На вопрос, в чем же причины кризиса в машиностроении, наши станкостроители проявили завидное единодушие: 70% опрошенных считают, что корень всех бед – неправильная государственная политика по отношению к отрасли. Вторая причина кризиса отрасли по их мнению – отсутствие платежеспособного спроса. Ее отметили 39% респондентов: «Станкостроение сильно зависит от потребителей продукции: машиностроения, ВПК. И пока эти отрасли не начнут развиваться, у станкостроителей не появится новых заказов». Один из отвечавших так выразил общее мнение: «Государство должно слезть с нефтяной иглы и заняться машиностроением, тогда и мы подтянемся». Они считают также, что причиной кризиса и его следствием одновременно является и техническая отсталость отрасли (ее упомянули 17%). Интересно, что неэффективность менеджмента оказалась на четвертом месте (22%). То есть виноват тот самый дядя, а не управленцы, не умеющие, а главное – не желающие найти, наконец, ходовой товар и новые рынки для его сбыта.
  А на самом-то деле именно это и является причиной всех бед.
  Одна только мебельная промышленность ежегодно приобретает за рубежом сотни станков с ЧПУ в год – у фирм ФРГ, Италии, Испании, Тайваня и даже КНР.
  И немудрено: в начале 90-х, к примеру, Ивановский завод тяжелого станкостроения (ИЗТС) после долгих уговоров со стороны тогдашнего Минлеспрома наконец-то снизошел к мольбам и создал обрабатывающий центр ИРД6Ф4, по характеристикам не превосходивший свои прямые аналоги – многошпиндельные вертикально-фрезерные станки с числовым программным управлением мод. RANC AM и мод. AP TRIAX, созданные, соответственно, немецкой фирмой Reichenbacher (Райхенбахер) и итальянской CMS (ЧМС) еще в 1974 году!

  Другой обрабатывающий центр, разработанный ИЗТС в середине 90-х, мод. ИСД2100, явился полным аналогом станка Quadroform немецкой фирмы IMA, к тому времени уже снятого с производства и замененного новой моделью. Ни тот, ни другой станок с тех пор модернизации не подвергались, и вполне естественно, что они не пользуются спросом у отечественных потребителей, с удовольствием покупающих импортные.
  В рекомендации парламентских слушаний на тему «О законодательном обеспечении технического перевооружения отраслей машиностроения в Российской Федерации» содержится множество предложений по реанимации нашего станкостроения и, в частности, станкостроительной отрасли. Необходимо осуществить государственную поддержку машиностроения: в финансировании научных исследований, имеющих перспективы коммерциализации; в развитии инновационной инфраструктуры, профессионального образования и системы переподготовки кадров; в развитии технологических и промышленных парков; в стимулировании экспорта; в страховании экспортных поставок и инноваций от экономических и политических рисков; в выставочно-ярмарочной деятельности; предоставлении государственных гарантий по долгосрочным кредитам для реализации крупномасштабных инвестиционных проектов в машиностроении. Следует рассмотреть возможность предварительной стопроцентной оплаты из средств федерального бюджета стоимости поставок уникального импортного оборудования, необходимого для целей технического перевооружения предприятий машиностроения. То есть опять наши доблестные станкостроители дожидаются еще одной индустриализации и собирают по всем соседям емкости для сбора готового пролиться на них золотого бюджетного дождя, нимало не заботясь о том, что давно могли бы и должны были сделать для себя сами.
  Больше года назад тот же ИЗТС, но уже как ОАО, начал разработку прибора для лечения онкологических заболеваний «ГАНТРИ». Поистине беда, «коль пироги начнет печи сапожник …». Не лучше ли заняться модернизацией уже сделанных когда-то обрабатывающих центров или того оборудования, которое создавалось другими в начале 70-х, исключив обыкновенную халтуру, привычную для нашего станкостроения, и просто обеспечив достойное качество продукции?

  Россия устойчиво занимает сегодня четвертое место в мире по импорту деревообрабатывающего оборудования. По данным ассоциации немецких станкостроителей мировой экспорт деревообрабатывающего оборудования в Россию в денежном эквиваленте составляет многомиллионную сумму в евро. А если государство станет добиваться поступления в федеральный бюджет тех самых 18,7 млрд рублей, упомянутых Счетной палатой, то этого оборудования, включая лесозаготовительное и лесопильное, потребуется во много раз больше. Это ли не рынок для наших станкостроителей?
  Интересно, что в той же своей статье господин Паничев пишет: «Когда я с большим трудом проник на прием в 1992 году к и. о. премьера Егору Гайдару с отработанным планом сохранения и дальнейшего развития российского станкостроения, то получил форменный отлуп. Аудиенция заняла не более минуты. Совершенно несведущий в вопросах управления кабинетный теоретик отрезал: “Ваши станки – дерьмо, никому не нужны, что надо – будем скупать за границей”» …
  Но в этом нет ничего удивительного – наученные долгим и горьким опытом эксплуатации отечественного деревообрабатывающего оборудования, наши предприятия думают точно так же, как и Гайдар.
  Не ожидая никакой помощи от государства, а просто работая и зарабатывая, большинство из них приобретает новое, все более сложное и дорогое оборудование за рубежом, совершенствуя свою продукцию, расширяя ее номенклатуру и повышая качество в конкуренции с импортными изделиями. Поэтому нам не нужно и дальше ждать милостей от наших станкостроителей – природа новой экономики этого уже не позволяет.
  Рубль продолжает укрепляться. Импорт становится все выгоднее. Подождем еще чуть-чуть, и произведенное в Китае сравняется по качеству с европейским. Тогда мы и вовсе забудем о нашем станкостроении, никогда не желавшем вспоминать о нас.
  Мир его праху!

Вернуться к содержанию
АРХИВ НОМЕРОВ
1999
1
2000
23456
2001
789101112
2002
131415161718
2003
192021222324
2004
252627282930
2005
313233343536
2006
373839404142
2007
434445[46]4748
По рубрикам
Выставки
Дизайн
Интервью
Компания
Комплектующие
Компьютерные технологии
Корпусная мебель
Кухни
Материалы
Мебельные системы
Мебельные университеты
Оборудование и материалы
Полезные мелочи
Представляем марку
Репортаж
Событие
Сотрудничество
Техника и технология
Торговля
Точка зрения
Фурнитура
От редакции
Группа компаний "РУССКИЙ ЛАМИНАТ"
Создание сайта: Artspace.Ru